Пс 90 (91) 

Мф 9, 18-26 

Мучения, страдания, боль и смерть. Все это неотступно сопровождает каждого человека на протяжении всей жизни. Вопрос о причинах зла и страданий стоит столько же, или почти столько же, сколько существует само человечество. Едва ли найдется тот, кто не задавался этим вопросом. И на бытовом уровне, и на философском, и на богословском мы неизменно встречаемся с этой проблемой – проблемой зла. «Я искал, откуда происходит зло, и не находил решения», — пишет св. Августин. И не удивительно, ведь и сам мир лежит во зле (Ср. 1Ин.5,16). Само зло есть недостаток добра. На день рождения мы желаем виновнику торжества стандартный набор того, что мы считаем главным в жизни. Счастье и здоровье являются неизменными составляющими этого пожелания. Жить в мире без зла, без страданий – вот представление о рае многих людей. Однако в самом мире как конечной точке поисков мы не можем надеяться обрести ответ на вопрос о том, почему же существуют зло и страдание. И хотя это не тождественные понятия, они неизменно сопровождают друг друга и наполняют землю. В поисках ответа, обращая внимание на сам мир, мы рискуем навсегда потеряться в домыслах и догадках, а идя в неверном направлении, и вовсе потерять веру. 

Очевидно, проблема страданий слишком глубока, чтобы исчерпать ее небольшим размышлением. Св. Иоанн Павел II в Апостольском послании Salvifici doloris пишет, что «радость приходит от открытия смысла страдания…». Не вдаваясь в философские и богословские концепции, объясняющие виды и причины зла и страданий, заметим, что все мы – творения, а значит несовершенны. Мы все – ограниченные люди. Однако Бог бесконечно благ, и все дела Его благи. «Откровение любви Божией во Христе одновременно показало и размах зла, и преизбыток благодати.

Значит, мы должны рассматривать вопрос о происхождении зла, приковывая взгляд нашей веры к Тому, Кто есть единственный его победитель» (ККЦ 385). Он снизошел к нам, показал, как сильно нас любит. Он зовет нас каждый день, каждый час, каждую минуту. Он дал нам достаточно для того, чтобы мы с верой могли «ухватиться» за края Его одежды. Именно в такие моменты «ухватывания», когда Бог открывается нам как любящий отец, мы можем, пусть и смутно, пусть и неполно, но войти в тайну спасительного смысла страданий, которые действительно могут действовать на нас исцеляющим образом. А что самое замечательное – не только на нас. Страдая, мы можем являть Христа своими действиями и словами окружающему миру. Конечно, спасают нас не страдания, спасает нас любовь через эти страдания. Сам Дух Святой преображает наши страдания в любовь, если мы позволяем Ему (ср. Dominum et Vivificantem 40). Тогда нам становятся понятны слова апостола Павла: «Ныне радуюсь в страданиях моих за вас…». 

Страдание не приговор, в страдании мы призваны обрести надежду. «Вот, око Господне над боящимися Его и уповающими на милость Его, что Он душу их спасет от смерти и во время голода пропитает их. Душа наша уповает на Господа: Он — помощь наша и защита наша; о Нем веселится сердце наше, ибо на святое имя Его мы уповали». Возможно, именно эти строки из 32 псалма вспоминал и отец умирающей дочери, и женщина, двенадцать лет страдавшая кровотечением. Надежда на Бога не постыжает (ср. Рим. 5,5), потому что Он явил нам чудо Своей безграничной любви. Св. Иоанн Павел пишет нам: «Любовь есть наиболее полный источник ответа на вопрос о смысле страдания. Этот ответ был дан Богом человеку в Кресте Иисуса Христа». Не оставим же надежду на Господа даже в самые темные времена, ибо самое темное время, как известно, перед рассветом. 

Данил Семинарист