Пс 16

Мф 5, 17-19

Противостояние Илии и пророков Ваала является одной из мощнейших сцен Ветхого Завета. Один против всех и все против одного. Столкновение на горе Кармил не только в очередной раз показало Израилю, что Господь (JHWH) есть Бог, но также указало существенную разницу языческих религий и веры в Бога Авраама, Исаака и Иакова. Смотря на пророков Ваала и пророка Господня, мы как в зеркале можем увидеть себя, наши молитвенные бои, наши духовные усилия, наш подход и восприятие Бога.

Всё, что в земной плоскости давало пророкам Ваала преимущество, в плоскости духовной оказалось ничем: количество, влияние, сила, поддержка, время, инициатива. В духовной плоскости их подход выглядит так: заставить своего «бога» сделать то, что они хотят. Поэтому они придумывают всё более изощренные способы самоистязания, чтобы убедить своего «бога» ответить им. С надрывом пытаются они достучаться до небес (или ада?), но безуспешно.

По-человечески трудно предположить, что Илия совсем не волновался. Даже его остроумная ирония по отношению к жрецам Ваала показывает скорее его твёрдое упование на Господа, чем беззаботность и расслабленность. Тихая молитва Илии приоткрывает двери его души и является для нас одним из лучших ветхозаветных уроков молитвы. Илия не стремится своими усилиями заставить Господа сделать угодное ему. Илия делает всё возможное, чтобы приписать успех Богу Израиля, а не себе: троекратное обливание водой жертвы и жертвенника, минимум слов, без надрыва. Смирение, верность слову Господню, желание обращения народа, желание Славы Господней: «Господи, услышь…».

Молитва – это не танец с бубном в попытке привлечь внимание Всевышнего. Будучи христианами, зная Евангелие, можно снова и снова попадать в «ваалову» ловушку, пытаясь «купить» благодать своими усилиями и подвигами. Молитва, пост, милостыня – это не божественный шантаж: «делай или я всё это брошу!». Всё наше внутренние делание – это желание выразить Богу нашу благодарность за Его любовь, просьба узреть и принять Его Волю, повод снова и снова побыть с Тем, в Котором мы обретаем счастье. 

Христианская молитва прекрасна, в ней нет надрыва, хотя может быть напряжённость поиска. Она может выражаться присутствием, может быть заключена в одном слове: «Аминь!», «Приди!», … Молитва может быть рекой слов, которые переполненное любовью сердце воплощает через уста; может быть принятием событий, которых не пожелаешь и врагу. Если христианин правильно понимает молитву и позволяет Святому Духу вести себя на глубину, то не существует чего-то такого, как «перемолиться». Не каждый может/должен посвящать молитве столько, сколько монахи в закрытых монастырях, но каждый может/должен подойти к ней как Илия: для большей Славы Божией, смиренно, смиренномудренно, в уповании, без надрыва.

Мария, Святыня глубокой набожности, молись о нас!

Автор: о. Антон Дёмшин, Бялогард