Быт 2, 4b-9. 15-17

«и вдунул в лицо его дыхание жизни, и стал человек душою живою»

В день смерти моего папы я на собственном опыте узнала о том, как больно, когда умирает близкий человек. Но почему так больно? Ведь мы — христиане — верим в жизнь после смерти, не так ли? Мы верим в воскресение мёртвых. Мы верим в общение святых.

Нам больно, потому что Бог вложил в нас … жизнь и желание жить. Смерти не должно было быть! Как говорит Митрополит Антоний Сурожский в книге «Жизнь и вечность»: «Бог не создал нас для смерти. Он создал нас для вечной жизни. Он призвал нас к бессмертию — не только к бессмертию воскресения, но и к бессмертию, которое не знало смерти» . Бог вложил в нас частичку Себя, вдунув в человека дыхание жизни. Он — Бог жизни. Он творил мир и всё, что в нём. И даже дерево, посаженое посреди рая было древом жизни… А смерть пришла через желание различать добро и зло. Через желание стать, как боги.

И так происходит до сих пор. Как только я становлюсь богом —  позволяя себе давать оценку кому-то или чему-то и начиная претендовать на истину — вот тогда-то и приходит в мою жизнь маленькая смерть. И тогда дыхания жизни во мне всё меньше, а смерти — всё больше. А ведь наше призвание — созидать, распространять вокруг себя жизнь. Жить и давать жить другим.

Я не могу исправить грех Адама и Евы. Но я могу сознательно отказаться от дыхания смерти, которое выходит из моих уст через осуждение, сплетни, споры, высокомерие, ложь. В конце концов от этого умираю я сама.

с. Ирина Огий SJE
г. Караганда