Ис 58,9б-14
Лк 5,27-32

Когда пророк Исаия говорит о «восстановлении развалин» и «возобновлении путей», мы понимаем, что речь идет не только о восстановлении руин Иерусалима и возвращении вавилонских пленников, но – метафорически – о восстановлении развалин наших душ и исправлении путей греха, которые приводят человека к внутреннему уничтожению.

Классический пример такой духовной руины – Левий (Матфей), как и его друзья мытари. Но не только они – книжники и фарисеи, хотя внешне и выглядели благочестивыми – благочестие их лишено было истинного Божьего духа. В соблюдении отеческих законов они были безупречными – пост, молитва, да и про милостыню они наверняка тоже не забывали, но с каким чувством они все это делали? С чувством собственного превосходства, которое давало им право унижать других – тех, кто по слабости своей не дотягивает до их уровня. Они также нуждались во враче, хотя и не понимали того, что больны. К сожалению, мы, увлекаясь благочестивыми практиками, особенно во время Великого Поста, очень часто уподобляемся фарисеям.

Какой рецепт духовного исцеления дает нам сегодня Пророк?

1. «Когда ты удалишь из среды твоей ярмо» — ярмо символ рабства, эксплуатации, использования человека человеком. И мы прекрасно понимаем, что существует огромное множество видов рабства, и хотя в наше время рабов не продают на рынках, те или иные формы неволи, иногда намного более жестокие, чем в древности, процветают и у нас. Самая изощренная форма – эмоциональная или даже духовная зависимость. Конечно, в нашем мире мы все друг от друга, так или иначе, зависим. Но нет хуже той зависимости, когда с ее помощью сильный подчиняет себе более слабого, устанавливая свою власть над ним. А очень часто такие «узы» возникают между близкими людьми: Родители делают себя собственниками детей, муж – господином жены, а священнослужитель становится хозяином своей паствы, подчиняя верных своей личной, а вовсе не Божьей воле.

2. «перестанешь поднимать перст и говорить оскорбительное». Конечно, в своем фарисейском благочестии, мы стараемся избегать произносить плохие слова, и даже морщим нос, когда их слышим. Но разве своим пренебрежением или отвращением мы не оскорбляем тех, чье поведение нам не нравится? Тех, кого мы считаем худшими, чем мы. И в сердце своем мы часто изрыгаем проклятья, прикрывая их благочестивой миной.

3. «отдашь голодному душу твою и напитаешь душу страдальца». По мере сил и возможностей мы стараемся подавать милостыню убогим. Но отдаем ли мы им свою душу? С каким чувством мы это делаем? С чувством сострадания, или просто исполняем свой христианский долг?

Пока всеми нашими делами не будет руководить истинная любовь, как бы мы ни старались, «свет наш так и не взойдет во тьме»…