Гал 5, 18-25
Пс 1, 1-3.4-6
Лк 11, 42-46

В то время: Господь сказал: Горе вам, фарисеям, что даёте десятину с мяты, руты и всяких овощей, и нерадите о суде и любви Божией: сие надлежало делать, и того не оставлять. Горе вам, фарисеям, что любите председания в синагогах и приветствия в народных собраниях. Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что вы — как гробы скрытые, над которыми люди ходят и не знают того. На это некто из законников сказал Ему: Учитель! говоря это, Ты и нас обижаешь. Но Он сказал: и вам, законникам, горе, что налагаете на людей бремена неудобоносимые, а сами и одним перстом своим не дотрагиваетесь до них. (Лк 11, 42-46)

Иисус в сегодняшнем Евангелии не похож на Иисуса моих обычных представлений. Он сегодня не исцеляет, не утешает, не воскрешает мертвых, не кормит голодных, не прощает грехов, не возвращает зрение… Он упрекает, Он обижает, Он угрожает, Он пугает…

Но мне захотелось не только подумать над тем, что Иисус говорит, но – в первую очередь – увидеть, что Он чувствует и как Он это говорит…

По крайней мере, эти несколько минут рядом с гневающимся Иисусом помогли мне преодолеть страх перед текстом, полным обвинений. Теперь я могу не защищаться от Его слов и не искать вокруг себя тех, к кому они направлены. Он говорит эти слова мне…

«Горе вам, фарисеям, что даёте десятину с мяты, руты и всяких овощей, и нерадите о суде и любви Божией: сие надлежало делать, и того не оставлять». Начну с того, что понимаю: итак, я пренебрегаю судом и любовью Божией… Мало осознаю последствия своих поступков, не думаю о своей ответственности, не хочу нести ответственность за неправильные решения, ищу «козлов отпущения». Я стараюсь совершать дела любви – но это почти всегда мой выбор, моя воля (и поиск комфорта – в том числе, душевного, эмоционального). Но вот любовь, которую я не дала… Любовь, которой я пренебрегла… Разве я замечаю такое? — Зато с ритуалами у меня «все Ок!» Конечно, это не «десятина с мяты, руты и овощей», но всякая другая моя «внешняя праведность».

«Горе вам, фарисеям, что любите председания в синагогах и приветствия в народных собраниях». Господи, помилуй! Внутри текста я даже и не заметила этой фразы. Но вот так, резко брошенная мне в лицо, она обличает… Не важно, удается мне занять «председательское» место и добиться «приветов» и внимания. Я этого хочу. Я это люблю. И я обижаюсь и завидую, если этого не получаю. От обиды я порой с головой погружаюсь в решение своих проблем и упиваюсь собственной праведностью, замыкая порочный круг себялюбия.

«Горе вам, книжники и фарисеи, лицемеры, что вы — как гробы скрытые, над которыми люди ходят и не знают того». Представляю, что находится в гробу… Пожалуй, даже неплохо, что для других неочевидна эта грязь и вонь, которые я скрываю… Если при этом мне хватает смирения принимать себя, искренне раскаиваться, искать помощи в Таинствах и жить в истине. Жить своей собственной жизнью, а не играть роль, не лицедействовать, не лицемерить.

Учитель! говоря это, Ты и нас обижаешь…

«И вам, законникам, горе, что налагаете на людей бремена неудобоносимые, а сами и одним перстом своим не дотрагиваетесь до них». Когда-то я была среди людей и с восхищением смотрела на монахинь и священников, я была уверена, что все они святы той «святостью», о которой я тогда грезила – отсутствием проблем с самим собой и ближними. И я готова была взвалить на себя даже неудобоносимое бремя, чтобы, сделав соответствующее усилие, перейти в этот разряд «безмятежных святых». Годы шли и продолжают идти (причем, все быстрее!). И представления о святости у меня уже совсем другие. Но разве я уже не способна на подвиги своей человеческой и христианской юности?

Хотелось бы с тем же юношеским рвением двигать единственное свое бремя – себя – по направлению к Царству…

Иисус сегодня упрекает меня и говорит: «Горе тебе!». Но я рада, что могу поговорить с Ним вот так – без грима…