Бет-эл — дом Божий

Бет-эл — дом Божий

Быт 28, 10-22

Пс 90

Мф 9, 18-26

IMG_5145Вефиль – или по-западному: Бет-эл переводится как «дом Божий». После исхода и поселения в земле обетованной это было одним из важнейших культовых мест в Израиле до разделения царства.

А разве может какое-либо место на земле быть домом Бога? Разве люди могут определить и зафиксировать, как и где пребывает Бог? И нет и да. В первую очередь конечно нет. Бог нам не подвластен. Мы не можем определить, где Он, если Он нам этого не позволит. Всё, что мы можем знать и говорить о Боге — это то, что мы черпаем из Его же откровения. И это хорошо, так как человек часто старается переделать или оформить или преобразовать то, что ему подвластно. А с Богом так не пойдет из-за причин разного рода. Например, потому что мы можем познать Бога только в той мере, по которой Он Сам открывает нам себя. Иначе говоря, всё, что мы можем знать о Боге (все вместе и даже на протяжении нескольких эпох) — это только капля в сравнении с Богом, который есть как море — как говорили древние: «Бог всегда больше» (Deus semper major!). И ещё: при всех сравнениях, из которых мы можем узнать что-либо о Боге (например, глядя на творение, можем узнать что-то о Творце), мы найдем всегда больше аргументов, отличных друг от друга, чем схожих аргументов. (analogia entis) То есть, размышляя о творение и Творце и сравнивая их, Творец всегда остается больше непохожим на творение, чем похожим. Короче: размышляя о Боге, надо признать, что «Бог совершенно иной» (deus totaliter aliter).

Но одновременно, нас учат с ранних лет, что каждый храм или каждая часовня – это дом Божий и там живет Бог. Имеется в виду, что здесь присутствует Бог особым образом. Конечно, Бог может жить, где и как хочет. Ему не надо соблюдать правила времени и пространств. Но, по всей видимости, Он хочет жить с людьми. Он не хочет жить вне человеческой истории и вне людских мест. Он приходит «с небес» к нам и хочет заботится о нас.

Если человек может переживать присутствие Бога — то это святой момент и святое место. Святость момента может быть преходящим, а святость места может быть пребывающим. Часто люди переживают такие опыты неожиданно, во сне или как дуновение (как у пророка Илии).

И Иаков узнает, что Бог действует непредсказуемым образом. Он обманул брата своего в ситуации с  благословением отца, и отца, чтобы получить это благословение. Он сбежал от брата своего. Но именно он получает обетование, как и Авраам и Исаак до него. Бог не спрашивает, достоин ли Иаков или заслужил он этого. Бог дает Свою благодать и обещание, кому Он Сам хочет. Он воистину Яхве – то есть «Сущий». Он — тот, Кто присутствует рядом с нами. Он — Владыка вселенной, который был, и есть, и грядет – как говорит Новый Завет.

Не каждый из нас может увидеть лестницу на небо и ангелов, как Иаков. Мало, кто из нас видел свет и ослеп, а потом слышал голос Господа, как Апостол Павел. Не многие могут созерцать Бога как святая Тереза или святой Филипп Нери. Не все мы готовы отдать душу свою ради чистоты как святая Мария Горетти, чье воспоминание мы сегодня совершаем.

Можно было продолжить перечень тех вещей, которые в нашей жизни вряд ли случаются. Но смысл не в этом. Смысл в том, что Бог хочет быть с каждым из нас. Он хочет нас привлечь к себе. Он как будто преследует нас своей любовью. И он готов бороться с нами – но это уже в завтрашнем чтении.

Когда мы учимся ничего особенного не ожидать от Бога — тогда можем ожидать от Него всё.

 о. Маркус Новотны

Один отввет »

  1. Спасибо, отец Маркус, классное размышление. Ну, и конечно вопрос )).

    Как это: не ждать ничего особенного?! Этого просто не может быть. Если мы ждем счастья, а мы всегда его ждем, то в конечном итоге мы ждем настолько особенное и настолько невероятное, что вообразить невозможно (1Кор.2:9).

    Может конкретного? Т.е. не пытаться поместить Бога в свои рамки счастья? Не капризничать, ограничивая свое счастье какими-то своими условиями? А если мы учимся не ждать от Бога чего-то конкретного, то почему мы в молитве верных всегда перечисляем, что конкретного нам надо дать, помимо хлеба насущного?

    Значит, всё-таки именно особенного? Чего-то выдающегося, но остающегося земным — пусть не материальное, пусть какие-то умения, способности, таланты, но все равно это земное. Т.е. особенного, ограничивающегося конкретными земными рамками?

    Мне кажется, надо ждать особенного, хотеть особенного, но только одного-единственного: Бога, и тогда обычное превращается в особенное: Бет-эл. Мне кажется, мы получим всё, только когда хотим и ждем всего — хотим и ждем Бога.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *